Политический MAYDAY

Ломать бюрократические традиции сложно. Сложно пока вас мало. Этот Первомай открывает новую историю российского политического протеста в западном антиглобалистом духе. КПРФ, АКМ, НБП, СКМ — красно-коричневые духи уходящей эпохи ельцинско-путинского правления, скучно прошагали, продолжая волынку о «России — которая все, а остальные — ничто», беззубо скандируя «Мир, Труд, Май», напевая о «Нации, Родине, „Социализме“». Но кто-то, же должен был однажды внести в эту идиллию ложку дегтя?!

Кто бывал на западных левых демонстрациях, знают, как весело, ярко, карнавально, молодо, динамично они проходят, в отличии от совково-бюрократической похоронной процессии российских «коммунистов» и всяких припудренных радикализмом сталинистов. Вся эта загробная эстетика, полуфашистский style, отворачивали от левых идей всю молодежь (купленные КПРФ студенты не в счет), политика, обращенная в прошлое, уничтожает всякое прогрессивное будущее. Критическая масса рабочей молодежи, придавленная окрепшей вертикалью власти, раздраженная ментовским беспределом и возмущенная пытками в отделениях — взорвалась сверхновой нигилистического, анархистского протеста. Новая анархическая волна заполняет пространство полупустого левого интернационального политического сектора. 

К сожалению, ещё до начала демонстрации, были арестованы около 30 анархистов — причина не нова: «закрывали лица платком» и тем самым «оскорбляли присутствующих граждан». Надеемся, ребят отпустят. 

Обычно СоцСопр идет отдельно, четко отделяя себя от сталинистов, противопоставляя красно-коричневым интернациональные кричалки и лозунги. В этом году мы раздавали совместную с МЛТ-ЧИ (Международная Лига Трудящихся — Четвертый Интернационал) листовку, и шествовали с анархистами — как ближайшими соседями по политическому пространству. И даже в процессе демонстрации успевали вести дискуссии о русской революции, о сталинистском перерождении и предательстве коммунистического интернационала. Но вернемся к началу.

Праздничный ОМОН, не по-праздничному хмурый, долго не давал нам начать шествие. Ответственный КПРФный бюрократ бегал, выпрашивая «кто такие?», «что будете кричать?», «ничего экстремистского… а то…». Улыбчивая девушка-милиционер изучала растяжки, лопатки-информеры, выискивая экстремистское содержание. Не обнаружив причин нас задерживать, ОМОН двинулся впереди колоны, и на всем пути следования нам приходилось наступать ему на пятки, не забывая вежливо извиняться. «Эй, ваш красный флаг мешает». «Ну, отодвинетесь вы — флаг прямо в глаза». «Я же уже предупреждал». «Ух» — выдавливал из себя мокрый от пота упитанный ОМОНовец.

Под «Atari Teenage Riot», «Alec Empire», «Rage Against The Machine» троцкисты и анархисты по-дружески вели противостояние — «выше, выше, красный флаг — капитал наш главный враг», «выше, выше, черный флаг — государство главный враг». «Свобода, равенство, анархокоммунизм» и «свобода, равенство, социализм». Конечно, были лозунги, которые кричали все вместе: «Наше отечество — все человечество. Наша родина — рабочий класс», «Нет у нас иной судьбы, кроме классовой борьбы», «Антифа!», «Alerta, Alerta, Antifascista», «Мир — народам, война — властям», «Пока мы едины — мы непобедимы». 

Анархисты развернули растяжки против авторского права: «свобода, равенство, пиратство», против фашизма, расизма, гомофобии.

СоцСопр вышел под актуальными политическими лозунгами. «Нет ВТО» — приурочен к началу очередных переговоров о вступлении России в ВТО, — что несомненно приведет к усилению социального неравенства. «Равную оплату за равный труд» — поддерживая, таким образом, машинистов РПЛБЖ, требующих среди прочего отмены «персональных окладов», и «за право на забастовку» — требуя отменить антипрофсоюзное законодательство. «Солидарны с рабочими Nestle» — не требует расшифровки. «Рабочие России, Грузии и Абхазии вместе против войны» — предвидя очередное военное столкновение российского и американского империализма в Абхазии. «Либо мы уничтожим капитализм, либо они уничтожит планету» — предрекая экологическую катастрофу и неспособность капитализма разрешить эту проблему, так, например, пытаясь перейти на экологическое биотопливо, капиталисты спровоцировали рост цен на зерно и обрекли Африку и бедные страны на голодные бунты.

Движение революционной колонны напоминало немного немецкий Love Parade, но только по форме — электронная тяжелая музыка, ломаные ритмы, грузовичок, ди-джей, пляски. Содержание же было четко политическим: интернационалистски-леворадикальным. Видимо, именно этого революционного веселья испугались КПРФные бюрократишки, уныло ноющие на площади Революции о советском прошлом. Если бы наша движуха достигла этой скучной говорильни системной оппозиции, мы могли нарушить кладбищенскую стабильность и собрать вокруг себя всех психически здоровых и адекватных людей, которые давно устали слушать Зюганова и Ко, и дать людям новые ориентиры.

Конечно, никто нас видеть не хотел. Тот самый, потеющий омоновец жестко отрезал: «вас там не хотят видеть, убирайтесь», «шуруйте в метро», не очень вежливо. Ну да ладно, главным для нас было попасть на площадь, раздать листовки и продавать газеты. Что мы с успехом и проделали.

Этот Первомай выдался удачным, сочным, настоящим. Молодежь проснулась, рабочие шаг за шагом начинают наступление. Все только начинается, дальше должно быть больше.