Провал «миротворческой миссии»

Уже горит Цхинвал, тысячи мирных жителей прячутся по подвалам от бомб и артиллерийского огня, население в массовом порядке бежит из республики на территорию РФ, а официальное руководство Грузии самодовольно грозит осетинам ещё худшими карами в случае продолжения сопротивления, которое, как водится, «бесполезно». Но для «мирового сообщества» в лице Совета безопасности ООН ситуация остаётся почему-то ещё не выясненной. Так, в очередной раз, мы видим, как одни политиканы для сохранения своей власти развязывают настоящую войну, а другие, исключительно ради сохранения репутации, не желают противодействовать этому.

Не средневековое даже, а более чем современное зверство грузинских войск шокирует даже при беглом просмотре новостных лент. Якобы для восстановления целостности давно распавшегося государства, якобы ради предоставления автономии давно уже самоопределившейся республики, её население, причём, население вовсе не военное, планомерно уничтожается при помощи современных и технологичных способов массового убийства. Кто теперь поверит широким заявлениям Саакашвили про «самую широкую автономию», если принуждают к ней путём сожжения университета и разгрома заполненной больницы? Будет ли население более лояльно грузинскому руководству после бомбёжек и артобстрелов? И где, наконец, пресловутое право наций на самоопределение?

Опытнейший бюрократ Шеварднадзе в своё время продемонстрировал достаточно хитрости, чтобы, не признавая своего поражения, всё же остановить войну. Но это было лишь полумерой — пока во главе Грузии и России стояли старые приятели по ЦК КПСС, они могли говорить для своих народов что угодно, действуя при этом по взаимной договорённости так, как это было действительно необходимо. Что будет делать следующее поколение политических лидеров с проблемой непризнанных кавказских республик, похоже, мало волновало вальяжных стариков, во всяком случае — куда меньше, чем собственное благосостояние и политический имидж «на Западе».

Саакашвили, получив по наследству такое универсальное орудие, как возможность военной мобилизации в любой момент под предлогом «восстановления целостности», не мог им не воспользоваться. Прямой ставленник иностранной державы, вынужденный постоянно демонстрировать лояльность своим заокеанским господам (причём, в весьма унизительных формах), должен хоть в чём-то демонстрировать собственный патриотизм. К тому же расправа над лидерами оппозиции не даёт ещё полной гарантии сохранения власти — военное положение — это куда надёжней.

Так же и Путин, используя державную патриотическую риторику в целях «укрепления властной вертикали» (т.е. свёртывания и без того весьма условной буржуазной демократии), ради облегчения проведения жёстких неолиберальных реформ, не мог проявить непоследовательность и отказаться от исключительного положения России в решении межнациональных проблем на Кавказе. Уступка хотя бы части полномочий неоднозначно настроенному в отношении Российской федерации «Западу» выглядела бы в контексте путинской политики позорным поражением. А видимость успеха для нынешнего российского режима куда важней, чем проведение действительно осмысленной и дальновидной политики.

Как бы то ни было, в глазах непризнанных кавказских республик Россия стала гарантом независимости, несмотря на весьма лицемерную политику Кремля. Многолетняя экономическая блокада вряд ли забыта, но сейчас для Абхазии и Южной Осетии не время выражать России свои обиды.

Формальным поводом грузинской агрессии стало недовольство составом Смешанной контрольной комиссии по грузино-осетинскому урегулированию. И действительно, состав этой комиссии трудно назвать адекватным. Из четырёх сторон — ни одной действительно независимой: Грузия, Россия, пророссийски настроенная Южная Осетия и являющаяся субъектом Российской федерации Северная Осетия. Требование создания другого органа со стороны правительства Грузии выглядело бы совершенно логичным, если бы не было заранее известно о заведомо негативной реакции России, и, соответственно, двух других сторон. Таким образом, при всей провокационности грузинских претензий, формально они были вполне справедливыми, что теперь даёт повод «мировому сообществу» лицемерно призывать «все стороны» к прекращению огня, избегая критики по существу и прямого осуждения зверства Саакашвили. Но не это самое возмутительное. Самое возмутительное-то, что заставляя плясать под свою дудку руководство непризнанной республики, принуждая президента Кокойты говорить о незаменимости России и отстаивать её интересы, российское правительство оказалось на деле совершенно не готово к началу настоящей войны, к тому, чтобы продемонстрировать не на словах, а на деле, стремление защитить Южную Осетию от грузинской агрессии. Вместо того, чтобы создать заслон и попытаться отразить наступление, российские стратеги, как всегда, сначала позволяют противнику захватить территории, устроить на них кромешный ад, а потом уже думают о том, что делать дальше.

Теперь, когда Цхинвал стремительно превращается в груду руин, когда гуманитарная катастрофа уже произошла, российским вооружённым силам придётся приложить все усилия для выдворения грузинских войск с территории Южной Осетии. Ценой прямой войны с Грузией, ценой огромных человеческих жертв, ценой уничтожения целых городов и сёл. И всё ради того, чтобы продемонстрировать «оборонительный характер» войны. Как будто бы реальные события, реальные перемещения армий и намерения сторон действительно интересуют «мировое сообщество».

Россия не смогла выполнить взятую на себя миротворческую миссию. Война началась, и исход её пока непонятен.